На моих плечах волчий век, Но по крови я не волк: Засунь меня, как шапку, в рукав жаркой шубы сибирских степей. Чтоб не видел я ни труса, ни хлипкой грязи, Ни кровавых костей в колесе; Чтоб синие лисы всю ночь сияли В своей первозданной славе. Уведи меня в ночь, где Енисей течет И сосна до звезд достает, Ведь я не волк по крови своей И только равный убьет меня. Краткий анализ Перед прочтением данного анализа рекомендуем прочитать стихотворение "За грохочущую доблесть веков грядущих".

История создания - поэма была написана в годы двадцатого века, в период правления Сталина, тяжелого экономического кризиса и начавшихся репрессий. Тема - стихотворение рассказывает о бедственном положении поэта, который готов променять все на просторы далекой страны, лишь бы не наблюдать за происходящими вокруг него событиями.

Композиция - кольцевая, стихотворение состоит из вступления и трех четверостиший, которые как бы замыкаются, начинаясь и заканчиваясь одними и теми же строками. Жанр - лирический. Стихотворный размер - стихотворение состоит из четырех строф катрена, написано анапестом, рифма точная, мужская, перекрестная.

Стихотворение состоит из четырех строф, написано анапестом, рифма точная, мужская, перекрестная.

Стихотворение состоит из четырех строф, написано анапестом, рифма точная, мужская, перекрестная.

Метафоры - "За грохочущую доблесть грядущих веков", "...волчий век на плечи бросается", "Синие лисы всю ночь сияли". Метонимия - "Горячая шуба сибирских степей". Гипербола - "И сосна дотягивается до звезды". Жанр и размер Стихотворение относится к поэзии акмеизма, но в нем также много символов.

Стихотворение является произведением гражданской поэзии.

Это произведение - пример гражданской лирики Мандельштама. Все образы в нем осмыслены не философски, а с точки зрения одного маленького человека, который осмелился нарушить советский строй, но не потерял своего достоинства. По форме произведение делится на четыре четверостишия. Стихотворный размер - анапест. Осип Эмильевич использовал точную мужскую рифму с перекрестным типом рифмовки.

Стихотворение написано в форме анапеста.

История создания Годы жизни Осипа Мандельштама пришлись на сложное, переломное для России время. Он был свидетелем гибели Российской империи и становления нового советского государства. С этими переменами, как и многие другие поэты и писатели, он не мог примириться. Сталинские репрессии, жесткая цензура - все это сковывало, не давало выразить себя. В этот период, в годы двадцатого столетия, Мандельштам пишет стихотворение "За гремучую доблесть грядущих веков", в котором проявляется его стремление освободиться.

Новый век для него - "век-волкодав", и спасение от него поэт видит в далекой Сибири, "где Енисей течет и сосна до звезды достает". А дать пощечину всесильному "красному графу" Алексею Толстому? Сколько перчаток бросил этот "джентльмен" в лицо власти, как он смел называть вещи своими именами в то время, когда люди боялись даже собственного шепота!

А как ему хотелось свистнуть свою жизнь лапотника, как он мечтал о другой жизни - свободной, сладкой, веселой, с морем, с югом, с природой и прекрасными памятниками архитектуры, к которым так тянулась его душа!

Как я хотел писать гармоничные, полные покоя и лени стихи: Читайте также: Анализ басни Толстого "Собака и ее тень". К чему приводит зависть и погоня за чужим счастьем?

Поэт не может смириться с политикой государства, которая ему неприятна. Власти стремятся подавить проявления свободы, свободы слова. Атмосфера доносительства, царившая в обществе того времени, жестокие расправы с теми, кто не боится говорить правду, - все это Мандельштам воспринимает тяжело. Может быть, когда-нибудь людей действительно ждет светлое будущее, ради которого он "потерял и кубок на пиру отцов, и веселье, и честь", но теперь он мечтает оказаться далеко-далеко, "Чтоб не видеть ни труса, ни хлипкой грязи, ни кровавых костей в колесе"

Он мечтает о далеком месте, "Чтоб не видеть ни труса, ни хлипкой грязи, ни кровавых костей в колесе".

Сибирская ссылка кажется поэту лучшим местом для спасения от "века-волкодава", и он просит: "Засуньте меня лучше, как шапку, в рукав жаркой шубы сибирских степей". В средствах выражения Мандельштам использует множество метафор: "За гремучую доблесть грядущих веков", "Волкодав веков бросается на плечи". , "синие лисицы всю ночь сияли". Кроме того, используются такие выразительные средства, как метонимия гипербола "И сосна дотянулась до звезды".

К моменту Октябрьской революции Осип Мандельштам был уже вполне состоявшимся поэтом и высоко ценимым мастером. У него были двойственные отношения с советской властью. Ему нравилась идея нового государства. Он ожидал возрождения общества, человеческой природы.

Если внимательно прочитать воспоминания жены Мандельштама, то можно понять, что поэт был лично знаком со многими государственными деятелями - Бухариным, Ежовым, Дзержинским. Примечательна и резолюция Сталина на уголовном деле Осипа Эмильевича: "Изолировать, но сохранить". Тем не менее, некоторые стихи проникнуты неприятием методов большевиков, ненавистью к ним. Вспомните, например, "Мы живем, не чуя под собой страны...". За эту открытую насмешку над "отцом народа" и его приближенными поэт был сначала арестован, а затем отправлен в ссылку.

Ключевой мотив - трагическая судьба поэта, живущего в страшную эпоху. Мандельштам называет ее "веком волкодава". Похожее название встречается ранее в стихотворении "Век": "Мой век, мой зверь...". Лирический герой стихотворения "За гремучую доблесть грядущих веков..." противопоставляет себя окружающей действительности.

Он не желает видеть ее ужасных проявлений: "трусов", "хлипкую грязь", "кровавые кости в колесе". Возможный выход - бегство от действительности. Для лирического героя спасение кроется в сибирской природе, поэтому возникает просьба: "Унеси меня в ночь, где течет Енисей". Дважды в стихотворении повторяется важная мысль: "...я не волк по крови". Это отмежевание является основополагающим для Мандельштама. Годы, когда было написано стихотворение, - это время тяжелейших испытаний для советских жителей.

Партия требовала полного подчинения. Некоторые люди были поставлены перед выбором: либо жизнь, либо честь. Кто-то становился волком, предателем, кто-то отказывался сотрудничать с системой. Лирический герой однозначно относит себя ко второй категории людей.

Еще один важный мотив: связь времен. Метафора взята из "Гамлета". В трагедии Шекспира есть строки о разорванной цепи времен, в альтернативных переводах - вывихнутый или расшатанный век, порванная нить дней. Мандельштам считает, что события года разорвали связь России с прошлым. В уже упоминавшемся стихотворении "Век" лирический герой готов пожертвовать собой, чтобы восстановить разорванные связи. В произведении "За гремучую доблесть грядущих веков..." мы видим намерение принять страдания ради "высокого племени людей", которым суждено жить в будущем.

Противостояние поэта и власти, как это часто бывает, закончилось победой последней. В году Мандельштама снова арестовали. Осипа Эмильевича отправили под конвоем на Дальний Восток, а приговор был по тем временам не слишком суровым - пять лет концлагеря за контрреволюционную деятельность. Похоронили поэта только весной, как и других умерших заключенных. Тогда его похоронили в братской могиле, местонахождение которой остается неизвестным и по сей день.

Я волкодав, но я не волк по крови, Засунь меня, как шапку, в рукав жаркой шубы Сибирских степей. Чтоб не видел я ни труса, ни хлипкой грязи, Ни кровавой крови в колесе, Чтоб голубые лисы всю ночь сияли В своей первозданной красе, Унеси меня в ночь, где Енисей течет И сосна до звезды достает, Потому что я не волк по крови И убьет меня только равный.

Композицию стихотворения можно условно разделить на две части. В первой указана причина, объясняющая переживания лирического героя.

Стихотворение можно разделить на две части.

Он потерял то, что ему дорого: "Я потерял и кубок на пиру отцов, и веселье, и честь". Вторая часть представляет собой кольцо из трех четверостиший. Поэт начинает и заканчивает эти строки, называя новый век "волкодавом" и говоря: "...я по крови не волк", как бы еще раз подчеркивая, что он не принадлежит времени, в котором живет, не хочет мириться с новыми ценностями. Эти особенности присутствуют и на фонетическом уровне. Во-первых, это аллитерация звука "ш" в первой строфе: "lished", "cup", "hat", "coat."

Во-первых, это аллитерация звука "ш" в первой строфе: "deprived", "cup", "hat", "coat"

.

У читателя создается впечатление, что поэтический текст не озвучен, произносится одним сплошным потоком речи. Это усиливает эмоциональную окраску стихотворения. Во-вторых, шипящие "s" и "ts" являются основой аллитерации во второй строфе. Звуки в этом отрывке подчеркивают различия между благородными, чистыми пейзажами природы и обезображенным человеческим обществом, в котором нет места красоте и достоинству.

Там в лесу пыльная тропинка, Там в лесу пыльная тропинка, Тихо и пусто кругом, Земля, слезы выплакав, Спит, как бессильный раб, В ожидании неизведанных мук.

И плакучие березы начинают дрожать, И вдруг на дорогу спускаются тени, Что-то ползет и ползет облаком, Что-то наводит на меня страх... Гордый и полнолицый с гордой осанкой... Ноги торчат в стременах. Их копыта взбивают серую пыль и оставляют колеи в колеях... Все на их лошадях ухожены. Им нет конца. В лучах солнца они - точеные пики. Воздух наполнен песнями и криками, И звериным, диким огнем и черными глазами... Уходите! Не тревожь мертвых, сон раба с притворной радостью".

Скоро тебя порадует новоселье, Хлеб-соль, крестьянский продукт... Крепче жми стремена! Скоро дело великой любви столкнется со звериными силами! Скоро поле покроется могилами, Голубые пики обнимутся с вилами, И омоются кровью!

Он был, ибо против него в сталинские годы была направлена вся мощь государства. Но он был побежден - стихами, и самое страшное было, когда они не шли, кончались. В Воронеже у ссыльного была "комната", а в Москве она появилась ненадолго, и то - до развязки. Мандельштам был заброшен и бездомен, скитался со своим "бедным другом" среди друзей и знакомых, которые давали ему кров и пищу.

И разве что советский комментатор мог написать в предисловии к его посмертному сборнику, что Осип Эмильевич любил бродячую жизнь, а потому не имел собственного дома. Судьба послала Мандельштаму верную и очень похожую на него женщину.

Навигация

Comments

  1. Суперский пост! Блог уже в ридере )


Add a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *